Продолжение. Начало 8.07.2013 г.
Штурм Долма-Ла
Кайлас преподнес нам еще одну загадку. Я шел, не отдыхая 4 часа. Это был мой собственный рекорд. Не было в моей жизни такого случая. Также шли без отдыха Марианна и Цечен, впереди меня. Обычно в путешествиях принято один час –ходьба, десять минут -- отдых. Насколько помню, самое большое без отдыха, даже без груза за спиной я шел не более двух часов. А сейчас все это все из-за сильной энергетики, которая подпитывала нас священный Кайлас, заключил я. Да, вспомнил, мы ехали в джипах в день не менее 6 часов, бывало и по 8 часов. Удивительное дело – мы не уставали, наши конечности не ныли, как всегда. Мы заключили, что это воздействие сильной энергетики Тибета.
Хотел было рекорд удлинить, потерпеть еще один час, но сегодняшний наш путь кончился, мы подошли к лагерю. Прошли мы 15 километров. Лагерь состоял из гестхауза и палаток-кафе. На той стороне реки к скалам прицепился монастырь Чуку-гомпа. Высота 4800 метров, это как скала Ленца на северной стороне Эльбруса, со стороны Карачево-Черкессии. Мы четверо: Андрей из Ростова-на Дону, он был юристом и Алик из Ярославля разместились в одной комнате, а в ней были только кровати. Мы между собой прозвали Алика Алик-баскетболист за его высокий рост, а он действительно оказался баскетболистом. По южную сторону на нас гордо заглядывал прекрасного вида классический Кайлас. Этот северный его вид и назывался «Золотое лицо». На его фоне мы подняли, по нашей альпинистской привычке, флаг Тувы.
Обедали и ужинали мы на свои деньги. По программе кормили нас только утром. Завтрак всегда был классическим: омлет, жаренная без масла лепешка и тибетский черный чай, можно с сахаром, можно и без сахара. По информации гида Наванга завтра утром в темноте штурмуем перевал Долма-Ла, идем на самую трудную часть Коры. С омлетом на перевал не пойдешь, подумал я, и приготовил «далган» -- что и тибетская «цампа». Это наше исконное кочевничье блюдо: жареная, толченная мука ячменя замешивается молочным чаем, топленным маслом и сахаром. Наш далган я не ел только в Северной Америке – в Соединенных Штатах Америки и в Австралии, эти страны любые продукты на свою территорию не пускают. Его я готовил при штурме на Аконкагуа в Южной Америке, на Килиманджаро в Африке, на Эльбрус в Европе.
22 мая мы выступили в 6 часов утра. Была темень, у всех налобные фонари. Было холодновато. Здесь и там десятки фонарей освещали тропу под ногами. Мы за нашим гидом двинулись как ночные светлячки. Ночью, в темноте ходить нам альпинистам привычное дело. Обычно альпинисты штурмуют вершины в 3 или в 4 часа утра, чтобы за день успеть вернуться в лагерь. Помню, Килиманджаро мы штурмовали в 0.00 ч., Эльбрус в 1.00 ч. Сейчас и Эверест стали штурмовать всю ночь. Когда в темноте идешь, то время идет незаметно, это раз, второе – погода ночью всегда устойчивая. Это после восхода солнечные лучи начинают вытворять в атмосфере всякую свистопляску. Крутизна подъема достаточная, пошли по снегу. Слышны кашли темных фигур, звон телескопических палок о камни. Вскоре посветлело. Часа через четыре мы подошли к Шива Ксел. Здесь на подъеме на камнях были накинуты одежда, даже на одной натянута бейсболка. Тибетцы здесь оставляют свои волосы, ногти, чтобы обеспечить своей душе легкий переход в Бардо. Это промежуточное состояние-пространство, где после смерти человека его душа ожидает нового тела. И самой заветной мечтой тибетца является смерть на этом месте. Обычно, пожилые йоги, буддисты приходят сюда умирать. Лягут на камни и ждут окончания стука своего сердца. Никто не должен их касаться, тревожить. Когда у человека душа уходит, то прилетают сюда грифы и заклевывают их. Эти люди никогда не перерождаются, они становятся, возможно, Буддой. Смерть для тибетца, это не повод для огорчения и скорби. Умирает ведь только бренное тело, а душа вечно живая, она переродится. Они ведь живут не для нынешней земной жизни, они живут для будущего. У тибетцев нет могил, после смерти человека совершают «похороны на небо». Это душещипательный для нас процесс, об этом я промолчу. Есть у тибетцев книга «Бардо Тодол» -- «Тибетская книга мертвых», она не для похорон, а для живых. Я остановился и огляделся, лежит ли кто-нибудь вокруг, который принимает добровольный смерть. Ветер шевелил одну только одежду на камнях. Я повернулся к четвертному Кайласу, с востока он так выглядел, поднес обе руки к лицу: «Ом-мани-падме-хум!» Последний снежный подъем был тягучим. Снег глубокий и стараешься идти по старым следам. Дыхание учащенное. На пяти тысячах так и должно быть, независимо экватор ли, или высокие широты. Вот-вот должны были мы подняться на перевал. Смотрим, почему-то тибетцы столпились у большого камня. Он был выше человеческого роста, на нем висели разнообразные фотографии. Любознательные наши земляки узнали раньше нас об этом камне и многие вручили нам перед поездкой свои фотки. Оказывается, если фотографию приклеить к этому камню, то священный Кайлас по эфиру передаст положительную энергетику его хозяину. Не зря экстрасенцы и ясновидящие работают с фотографиями. Мы втроем с большим удовольствием выполнили просьбу наших земляков. Для достоверности наших действий, часть из них мы сфотографировали.
Продолжение следует.
